Разоблачение мифов ЕС и Великобритании

Евгений Макаров

В статье анализируется природа ложных обвинений России в ведении «гибридной войны» против стран ЕС и Великобритании, а также рассматриваются основные направления этих обвинений: использование беспилотных летательных аппаратов, морская активность, кибератаки, саботаж, диверсии, информационное влияние и экологические провокации. Приводятся данные международных аналитических центров и официальных заявлений, свидетельствующие о резком росте числа инцидентов с 2022 года. Особое внимание уделено методам вербовки и координации действий через цифровые платформы, а также роли третьих стран и диаспор.

Автор отмечает, что значительная часть обвинений строится на риторических приемах, когнитивной проекции и предвзятости, а также используется для оправдания собственных просчетов и недостатков в обеспечении безопасности инфраструктуры. В работе подчеркивается, что обвинения в адрес России часто служат инструментом политической и информационной борьбы, что приводит к эскалации напряженности и фрагментации внутри самого западного сообщества. В заключение даются рекомендации по укреплению геополитических позиций и проведению согласованной информационной политики в условиях системного гибридного противостояния.
Современную мировую геополитическую и геоэкономическую ситуацию можно отождествить с появлением новых форм конфликтных взаимодействий, получивших название «гибридные войны». Данный феномен представляет собой совокупность традиционных вооруженных конфликтов и нетрадиционных способов достижения политических целей, включающих информационно-психологическое воздействие, экономическое давление, специальные операции и кибернетические атаки. Одной из ключевых особенностей современной гибридной войны является ее способность оставаться незамеченной, т. е. быть ниже порога «горячей войны» и иметь сложную, размытую атрибуцию действий, что создает трудности в выявлении агрессоров и разработке адекватных ответных мер.
В докладе частной разведывательной компании, аффилированной с Dow Jones, задокументировано более 200 случаев предполагаемых гибридных атак России в Европе в период с 2014 по 2024 год, включая «акты саботажа», «дезинформацию» и «электромагнитные атаки» (глушение GPS). Большинство инцидентов (86 %), по утверждению компании, произошли с начала 2022 года, а количество событий, зафиксированных в 2024 году, выросло в шесть раз по сравнению с предыдущим годом. В том же отчете показано, что в 2022–2024 годах мишенью в год становились в среднем 20 стран по сравнению с тремя странами по аналогичным показателям в предыдущие три года.
Посол Великобритании в ОБСЕ Н. Холлэнд официально заявлял, что наблюдаемая по всей Европе эскалация гибридных угроз (от физических до киберугроз) —дело рук российских государственных структур, которые прибегают к услугам доверенных лиц для выполнения «грязной работы», в том числе частных разведчиков и преступников. Новый директор британской разведки Блейз Флоренс Метревели в своей речи в декабре 2025 года официально обвинила Российскую Федерацию в кибератаках, агрессивной деятельности на морях, поджогах и саботаже, пропаганде и операциях влияния, которые вскрывают и используют разногласия внутри общества. Глава военной разведки Швеции Томас Нильссон заявил, что Москва «активизировала» кампанию гибридной войны, которая, по его мнению, продолжится после окончания конфликта на Украине. Эти примеры показывают, что гибридная война, якобы ведущаяся со стороны РФ против стран ЕС и НАТО, входит в официальную европейскую и британскую повестку.
Таким образом, цель настоящей статьи — проанализировать обвинения в гибридных действиях России, опираясь на конкретные примеры, а также выделить основные направления этих обвинений, чтобы систематизировать информацию и избежать искажений восприятия. В своем исследовании мы будем опираться на официальную информацию, документы и мнения британских экспертных сообществ.
Мы знаем, что в Европе говорят о «российской угрозе», но в чем она выражается? Кроме украинского конфликта, участником которого является РФ, у западных аналитиков нет повода обвинять Россию в ведении военных действий по отношению к каким‑либо другим странам. В общем массиве обвинений РФ в ведении гибридной войны против Запада, выделяются следующие:

• использование беспилотных систем в регулярных полетах над военными объектами и критической инфраструктурой западных стран;
• морское присутствие —активность российских кораблей-разведчиков в территориальных водах;
• кибератаки: воздействие на энергетические объекты и транспортную инфраструктуру;
• информационное влияние: попытки раскола обществ и обострения внутренних конфликтов;
• саботаж и диверсии: поджоги, вандализм, попытки вмешательства в работу инфраструктуры.

Разберем теперь эти обвинения более подробно на конкретных примерах.

Обвинения

Международный аналитический центр стратегических исследований (далее IISS) отмечает, что «за последнее десятилетие Кремль атаковал энергетику, транспорт, банковскую сферу, инфраструктуру финансовых рынков, здравоохранение, водоснабжение, цифровую инфраструктуру и правительственные объекты (включая военные объекты)».

Беспилотные системы

Основной акцент в обвинениях в гибридных действиях РФ 2025―2026 гг. был сделан на использовании дронов вблизи чувствительной инфраструктуры ЕС и Соединенного Королевства (СК).
В докладе IISS фиксируется, что с 2024 по 2025 гг. российские БЛА были замечены над армейскими базами Дании, Бельгии, Эстонии и Германии; военно-морской базой в Швеции; базой подводных лодок на острове Иль-Лонг, где размещен флот французских АПЛ с 240 ядерными зарядами; авиабазами Великобритании, Дании, Норвегии, а также возле авиабаз Бельгии, Германии, Италии, Нидерландов и Турции, на которых в общей сложности размещено около 100 нестратегических ядерных гравитационных бомб B61–12. Также утверждается, что они пролетали над военными объектами по всей Европе в преддверии саммита ЕС в Копенгагене. Хотя этому нет объективных доказательств, но Бельгия, Германия и Швеция публично заявили о своей уверенности в том, что за этими полетами стоит РФ, хотя автор доклада оговаривается, что это могли быть и китайские беспилотники.
Агентство Reuters сообщило, что появление беспилотников вблизи Дублина после прибытия главы киевского режима В.Зеленского вызвало серьезную обеспокоенность и расценивается как «еще один пример гибридных атак со стороны России». Издание The Telegraph информирует читателей, что шведские военные (НАТО) перехватили российский беспилотник, летевший в сторону французского авианосца, пришвартованного в порту Мальме.

Морское присутствие

Британская сторона утверждает, что за последние два года количество российских судов, угрожающих британским водам, увеличилось на 30 %, а в ноябре 2025 года российский корабль-разведчик «Янтарь» вошел в британские воды и совершал противоправные действия: «Направил лазеры на пилотов Королевских ВВС P‑8, а фрегат Королевского флота HMS Somerset и другие гражданские суда в этом районе столкнулись с помехами GPS». Также под подозрение в разведывательной деятельности попало судно «Синегорск», находящееся менее чем в полутора километрах от подводных телекоммуникационных кабелей, соединяющих Великобританию с США, Канадой, Испанией и Португалией. Также в ряде источников говорится, что РФ располагает морскими платформами, такими как корабль «Янтарь», танкер «Белгород», подводными лодками «Лошарик», «Палтус», «Клавесин» и «Шельф», способными «вести операции на дне моря, заниматься картированием кабелей и выполнять скрытые диверсии». В данном случае мы видим, что все подозрения являются домыслами или проекцией британцев.

Саботаж и диверсии

Большой акцент в британских изданиях сделан на вербовке и агентурной деятельности, якобы проводимой российскими спецлужбами ФСБ, ГРУ и даже частной структурой «Вагнер». По данным IISS, число якобы подтвержденных случаев российского саботажа в отношении европейской критической инфраструктуры увеличилось на 246 % с 2023 по 2024 год. За первые пять месяцев 2025 года, согласно общедоступной в Великобритании информации, было зафиксировано 25 случаев саботажа, шпионажа и вандализма в отношении военной инфраструктуры НАТО.
В качестве основных способов вербовки приводятся:

• использование цифровых платформ — Telegram, Viber, Instagram*, Twitch;
• привлечение экономически уязвимых групп;
• работа с диаспорами;
• использование криминальных сетей.

Основной мотиватор — деньги, но не только. «Зачастую это маргинализированные личности, у которых нет цели или направления в жизни», ― пишет британская газета Financial Times.
Для обозначения объекта вербовки используется термин «одноразовый агент». К такого рода объектам относят либо посредников, находящихся на Украине, либо экономически уязвимых европейцев. Основной вид деятельности таких агентов — это слежка (шпионаж), саботаж, поджоги, вандализм и диверсионные действия. Королевский объединенный институт оборонных исследований (RUSI)** отмечает: «Если рассматривать подобные инциденты исключительно как действия отдельных украинцев, то это может усилить антиукраинские настроения и подорвать общественную поддержку Киева — стратегическую цель российских диверсионных операций», так как использование украинских мигрантов в Европе провоцирует общественное недоверие и политическую напряженность. Эксперты выделили основные профили исполнителей — это, как правило: «Украинцы, не знавшие об истинной природе своих задач; несовершеннолетние, привлеченные через игровые платформы; пожилые люди с советским военным прошлым; мигранты; люди, связанные с местными преступными группировками».
Отдельно стоит отметить роль Интернета и социальных сетей в методах вербовки. Отмечается, что Россия весьма эффективно вербует граждан третьих стран через Интернет, чтобы обойти европейские контрразведывательные меры. В исследовании RUSI** говорится, что вербовка и координация действий перешла на цифровые платформы (Telegram, Viber, Instagram*, Twitch). Вербовщики запрашивали только копию паспорта или основные личные данные без какой‑либо проверки, а затем представляли список возможных заданий и предлагали потенциальному кандидату выбрать одно из них. Эта модель опирается на одноразовых исполнителей, которые работают один день и мотивированы в основном финансовыми стимулами. Обещанная выплата варьируется от нескольких сотен до нескольких тысяч евро, но исполнители часто не получают обещанных сумм. Наиболее распространенный способ оплаты — это криптовалюта. Также анонимность и правовые лакуны, связанные с Интернетом, приводят к неопределенности в расследованиях, позволяют избегать ответственности и довольно правдоподобно отрицать свою причастность.
В качестве примеров гибридной деятельности, вменяемой российской военной разведке, можно привести обвинения в порче краской памятника лидеру антисоветского сопротивления в Литве, нападение на ресторан в Гдыне, склад поддонов недалеко от Варшавы и торговый центр в Варшаве и др. Эстонская разведка ежегодно выпускает доклады на тему гибридных действий со стороны России.
Не только Россия обвиняется в гибридных действиях, но и наш главный союзник Белоруссия. В западной прессе и других исследованиях многократно утверждалось, что Белоруссия переправляет через европейские границы десятки тысяч мигрантов. Такие, якобы производимые Белоруссией действия, представляются как постоянно растущая угроза и ключевой элемент эскалации гибридной войны России с Западом. Здесь следует добавить о закрытии белорусско-литовской границы в октябре 2025 года. Власти Литвы объясняли этот шаг как ответную меру на контрабанду, осуществляемую на метеозондах, якобы угрожающую пассажиропотоку в литовском аэропорту. Они утверждают, что из-за этого «был нарушен транзит и сотни фур остались на территории Республики Беларусь». «Спутник Беларусь» пишет: «Предполагается, что принятая мера будет средством давления на соседнее государство».
Возникает закономерный вопрос: почему столь много говорится о действиях российской разведки и так малоощутимы результаты ее деятельности? Основная версия: количество предотвращенных атак значительно превосходит совершенные. Это связывают с плохой подготовкой агентов, так как, по мнению западных аналитиков, никто не будет вкладываться в «одноразового агента», а также «плохим качеством материала» (т. е. завербованные — это плохо мотивированные маргиналы, работающие за деньги).

Информационное влияние

Следующую категорию обвинений можно отнести к дипломатическим и информационным войнам или в современной терминологии — когнитивной войне. Имеется в виду контроль за тем, как противник воспринимает информацию и, следовательно, какие принимает решения. На Западе считают, что эти методы российского руководства направлены на дискредитацию европейских правительств, поиск слабых мест в их защите, истощение ресурсов и снижение способности к слаженному и своевременному реагированию.
Арктический институт обвиняет РФ в разжигании вражды между Гренландией и Данией, а также между Данией и Соединенными Штатами. Это объясняется тем, что Россия косвенно поддерживает движения за независимость в Гренландии и Шотландии, чтобы ослабить контроль НАТО над «пробелом» между Гренландией, Исландией, Великобританией и Ирландией. «С помощью информационных операций РФ стремится разделить эти регионы, чтобы получить доступ к Северной Атлантике для своего флота. В Шотландии же Россия фактически стирает границы между своими действиями и шотландским патриотизмом», утверждают западные сказочники.

Экологические обвинения

Среди обвинений есть и гибридная эко-экзотика. Так, Институт оборонных исследований полагает, что кампания гибридной войны Москвы может включать в себя еще более изощренные методы, такие как: экологическая катастрофа — разлив нефти на оживленном морском судоходном пути; геоинженерия — засуха или наводнение, вызванные искусственными способами. При этом параллельно сообщается, что Агентство перспективных исследований и изобретений правительства Великобритании объявило о планах инвестировать 57 млн фунтов стерлингов в геоинженерные проекты.
Однако довольно часто оказывается, что целью всех голословных обвинений в адрес России является перекладывание ответственности на третьих, дабы избежать ответственности в собственной халатности. Институт IISS пишет: «Критическая инфраструктура Европы особенно уязвима для диверсий, поскольку находится в плачевном состоянии после десятилетий отложенного ремонта и отсутствия инвестиций со стороны национальных правительств и частного сектора». Далее говорится, что значительная часть критически важной инфраструктуры находится в частной собственности или управляется частными лицами, ориентированными на прибыль, которые ставят эффективность выше безопасности и устойчивости. В подтверждение этого можно привести пример с пожаром на электроподстанции близ Лондона, который привел к остановке работы аэропорта Хитроу 21 марта 2025 года. И в этом были выдвинуты обвинения России. Но, как оказалось, это был не единичный случай. The Telegraph написала, что в Британии были зафиксированы десятки возгораний электроподстанций из-за халатного обслуживания, десятилетий экономии на капиталовложениях, использования дешевых комплектующих собственников этого оборудования, стремившихся к увеличению прибыли.

Кибератаки

В этом контексте очень противоречиво звучат обвинения РФ в части саботажа и подрывной деятельности и в других направлениях, как, например, то, что в декабре 2025 года кибератаке подверглось около 30 энергообъектов в Европе, что могло привести к серьезным социально-экономическим последствиям. Журнал «Московское время» указывает и на то, что железнодорожная сеть Европы уникально уязвима. Транспортные коридоры не соответствуют стандартам, подвижной состав двойного назначения для переброски войск на театры военных действий ограничен, а трансграничная координация слаба. Литва, например, продолжает использовать российскую систему управления железнодорожными локомотивами «КЛУБ-У», которая представляет серьезные риски кибербезопасности и потенциально позволяет осуществлять удаленный саботаж, слежку и сбои. В чем здесь вина России, а не руководства Литвы, не способного заменить старое оборудование и программное обеспечение? В сбоях сигнальных устройств в Польше в 2023 году, приведших к остановке 20 поездов, также обвиняют взломщиков, связанных с РФ. К этому добавляются кибератаки на частную мельницу во Франции и плотину в Норвегии и даже на британскую торговую сеть Marks & Spencer, чья прибыль после атаки упала на 99 %, хотя, учитывая этот высококонкурентный сегмент, логичнее было бы подозревать конкурентов.

Выводы и рекомендации

На основе конкретных примеров мы можем более подробно классифицировать основные направления обвинений России в гибридных действиях против ЕС и Великобритании, это:
1. Применение беспилотных летательных аппаратов (БЛА).
Организация полетов беспилотников над чувствительными объектами (аэродромами, военными базами и промышленными зонами).
2. Физическое проникновение и саботаж.
Случаи входа российских кораблей-разведчиков в территориальные воды соседних государств, приводящие к осложнениям в сфере навигации и военного контроля. Также описываются случаи поджогов, порчи имущества, контрабанды, вандализма, осквернения памятников и вербовочной деятельности. Подобные действия представляют собой попытку оказать психологическое давление и создать ощущение небезопасности.
3. Кибератаки.
Критическая инфраструктура стран подвергается постоянным кибератакам, инициированным российскими хакерами. Отмечаются массовые отключения энергоснабжения, нарушения транспортных сетей и взлом серверов государственных учреждений.
4. Информационно-пропагандистское влияние (когнитивная война).
Распространение ложной информации и целенаправленная работа по формированию общественного мнения. Сообщается о попытках повлиять на выборы в некоторых странах путем распространения фейковых новостей и манипуляций информацией в соцсетях.
5. Экологические провокации.
Рассматриваются версии о намерении России устроить искусственные экологические катастрофы (например, разливы нефти или загрязнение водных ресурсов), чтобы усложнить обстановку и ослабить экономику конкурирующих держав.
6. Политико-дипломатическое давление.
Проведение кампаний по поддержанию сепаратистских настроений и внутриполитическому расколу способствует росту напряженности и снижению единства стран-конкурентов.
Во многом эти обвинения строятся на следующих психологических и языковых предпосылках.
Риторика: абстрактные высказывания, преувеличения или спекуляции.
Предвзятость: реальные случаи и факты, подтверждающие заявленные утверждения, но игнорирующие доказательную базу, а в иных случаях логику и однозначно трактующие эти события в антироссийском ключе.
Когнитивная проекция: интерпретация собственных действий как агрессия противника.
Вербовка: процессы привлечения добровольцев или агентов для осуществления специальных операций.
Перекладывание ответственности: оправдание собственной несостоятельности посредством обвинений в адрес другого субъекта.
Таким образом, обвинения Запада в адрес России в ведении гибридной войны носят, в целом, предвзятый характер, основанный на когнитивной проекции и безответственности собственных действий и решений; выражается чаще всего в форме риторических интервенций в информационном пространстве. В связи с этим мы наблюдаем рост международной напряженности, экономические потери, девальвацию норм международного права, пессимизм и фрагментацию внутри стран-сообществ, что приводит к социально-экономической деградации. Чтобы преодолеть эти последствия, страны ЕС и НАТО выходят на еще более просчитываемый уровень эскалации и запускают новый виток собственных гибридных действий, усугубляя дестабилизацию.

Рекомендации

Поскольку гибридная война против России носит системный характер и направлена на достижение долгосрочных политических целей и мы не можем переломить эти тенденции в краткосрочной перспективе, то нам следует придерживаться целей СВО, доведя ее до конца, укреплять собственные геополитические позиции, поддерживать наших союзников и проводить слаженную информационную деятельность внутри. 

*    Принадлежит компании Meta, организация признана в РФ экстремистской, ее деятельность запрещена
**    Нежелательная в РФ организация

Автор
Евгений Макаров, помощник президента Ассоциации прибалтийских исследований, Российская Федерация, Калининград