Война в Украине и удары по американским базам на Ближнем Востоке преподали жестокий урок: будущее войны пахнет не соляркой танков «Леопард», а смесью керосинового выхлопа и дешевой электроники. Главная головная боль НАТО сегодня — это даже не гиперзвук, а Shaheed (или его вариации). Иранский дрон-камикадзе стоимостью 20 000 долларов, который сбивают ракетой за миллион, — это математика, которая ломает любую оборону, и американцы это прочувствовали на собственной шкуре, которую неожиданно для них хорошенько подпалил Иран.

Барражирующие боеприпасы или дроны камикадзе известны давно, но именно военные конфликты на Украине и Ближнем Востоке показали, насколько сложно и дорого защищаться от этих относительно недорогих боеприпасов. В связи с этим западные военные и оборонные компании пытаются найти доступные средства противодействия, вместо того чтобы полагаться на ставшие уже дефицитными высокотехнологичные ракеты ПВО.

Глядя на все это можно сказать, что европейский оборонный комплекс переживает момент редкой трезвости. На прошлой неделе на полигоне в Северной Германии произошло событие, которое оборонные подрядчики возможно назовут «сменой парадигмы». Концерн Airbus и малоизвестный эстонский стартап Frankenburg Technologies провели первый успешный перехват «дрона-камикадзе» с помощью  многоразового реактивного беспилотника-перехватчика. В общем это сигнал о важном техническом  сдвиге в военно-промышленном комплексе Европейского союза.

«Хищная птица» против роя

Система получила название Bird of Prey («Хищная птица»). Это многоразовый дрон, созданный на базе реактивной мишени Airbus Do-DT25. Он разгоняется до 555 км/ч и имеет 2.5-метровые крылья и несет полезную нагрузку в виде 8 сверхмалых ракет воздух-воздух Mark I, и все это управляется искусственным интеллектом. По идее разработчиков, «Хищная птица» должна вписаться в интегрированную систему противовоздушной обороны НАТО с помощью системы управления боевыми действиями от Airbus.

В ходе теста «Птица» самостоятельно обнаружила среднеразмерный ударный БЛА и выпустила по нему ракету Mark I, разработанную Frankenburg. Ракета крошечная: 65 см в длину, весом менее 2 кг. Это, по сути, очень дешевый аналог Стингера с осколочно-фугасной боеголовкой и ИК-наведением класса «выстрелил и забыл». Ее дальность всего 1.5 км, но для Shahed, идущего на высоте 200 метров, этого достаточно.

До сих пор борьба с БЛА шла по двум сценариям:

1. «Дорого и сердито»: использовать классическое ПВО, например зенитную ракету IRIS-T или AIM-9M. Экономически самоубийственно при роевой атаке, да и просто нецелесообразно. Одна ракета Iris-T, в зависимости от модификации стоит от 250 до 380 тыс. евро, Sidewinder еще больше, а один Шахид 40 тыс. евро. Соотношение совсем не в пользу высокотехнологичных ракет.
2. «Дешево и рискованно»: глушить управление БЛА с помощью средств РЭБ или вести огонь по нему из пушек и пулеметов. Оба варианта не дают гарантии поражения БЛА. Есть конечно и другие, дешевые способы поражения таких беспилотников – это лазерное и микроволновоее оружие, но это тоже не панацея.

В общем панацеи от беспилотной напасти сейчас вообще не существует, поэтому все ищут, разрабатывают и тестирую самые разные способы борьбы с дронами – камикадзе.

Один перехватчик стоит относительно недешево, но он многоразовый. Он взлетает, сбивает цель дешевой ракетой (Mark I явно не тянет на сотни тыс. евро), возвращается на базу, дозаправляется, перезаряжает восемь ракет (именно столько понесет серийная версия) и снова идет в бой.

Как заявил генеральный директор Frankenburg Кусти Салм, создается «новая ценовая модель для ПВО». В условиях, когда Европа отдает Киеву последние запасы классических ракет, это не просто инновация — это вопрос выживания европейской оборонки.

Трансформация Европейского ВПК: от бюрократии к стартапам

Но для нас важнее другое. Последние 20 лет европейский ВПК был синонимом замедленного действия: многонациональные консорциумы, дележка рабочих мест, десятилетние циклы разработки (вспомните Eurofighter или A400M).

История с «Bird of Prey» показывает возможности нового подхода:

1. Скорость: Интеграция ракеты Frankenburg в платформу Airbus заняла всего девять месяцев. Для оборонной промышленности ЕС это цикл в стиле стартапа из Кремниевой долины, а не цеха в Тулузе.
2. Специализация: Airbus сделал то, что умеет хорошо — платформа. Маленький эстонский стартап (Франкенбург) сделал то, что не умеет старый гигант — дешевый и массовый «умный» боеприпас. Это симбиоз, которого раньше не было из-за корпоративных стен и сертификационных барьеров. Теперь внедряются не только новые промышленные технологии, но и новые технологии управления.
3. Асимметрия как норма: Европа наконец признала, что воевать придется по другому. Низколетящая «фанера» с моторчиком — теперь важная угроза.

Проблемы остаются

Пока рано хоронить традиционные истребители. Bird of Prey — это дозвуковой перехватчик ближнего радиуса. Он не заменит ПВО прикрытия баз или городов от крылатых ракет. Дальность Mark I в 1.5 км означает, что ваш беспилотник-охотник должен оказаться в той же точке неба, что и цель, да еще при определенном ракурсе к ней. Это сложная задача для навигации и AI.

Кроме того, война — это война. Восемь ракет на борт (в серийной версии) — это всего восемь выстрелов. Против роя из 50 дронов потребуется звено таких «Птиц», а это логистика и стоимость, которые еще предстоит посчитать. Кроме того ракета не обязательно собьет дрон, ведь последние уже научились выполнять маневр уклонения, и кто знает чему научатся в будущем.

Вердикт

Европейская оборонка, вечно страдающая от «синдрома танка, который идеален для войны 20-летней давности», нащупывает путь к прагматизму и новым технологиям.

Airbus доказал, что может быть гибким. Frankenburg доказал, что «новые» игроки (стартаперы) тоже производят технологии.

Когда в Брюсселе будут спорить о новом фонде оборонных закупок, многие будут смотреть на этого 160-килограммового «Хищника». Потому что если ПВО станет экономичной, то шанс защитить объекты своей инфраструктуры чуть более реально.

Виктория Рысина