Геополитические аспекты противоборства России и Запада

Андрей Ильницкий, Юрий Поздняков

Военно-политические события вокруг территории бывшей УССР давно вышли за рамки регионального конфликта, трансформировались в прокси-столкновение России и Запада, стали полевой лабораторией отработки технологий войн нового типа, полигоном, где испытываются и реализуются элементы стратегии глобального переустройства мира. Сложившаяся ситуация фиксирует радикальное изменение онтологии современной войны и позволяет сделать ряд промежуточных выводов, определяющих характер современного международного противоборства.

Война как большая игра

Нынешнюю геополитическую ситуацию можно сравнить с Тридцатилетней войной, происходившей в Европе в XVII веке. Та война начиналась как религиозная между католиками и протестантами. Но религия была лишь поводом. На самом деле шла борьба за передел мира. В ее основе лежали очень жесткие финансово-экономические резоны и то, что называется борьбой за власть. В результате довоевались до четырех всадников Апокалипсиса: войны, эпидемий, голода и мора. Европа сократилась почти наполовину. В некоторых странах осталось до 30 процентов населения. Воевать дальше было уже невозможно — дошли до «точки мира». В итоге собрались и таки заключили Вестфальский мир, который фактически учредил институт национальных государств и определил на века новую конструкцию мироустройства.

Сегодня Запад во главе с США пытается разрушить это вестфальское мироустройство, пытаясь через индуцированный хаос и эскалацию геополитического противоборства перестроить мир под свою гегемонию.

В итоге мир стоит на развилке.

Процесс глобального переустройства может пойти по двум сценариям. Первый — это тот, о котором договаривались Путин и Си на саммите в Пекине в мае 2026 года. Там была провозглашена и подписана исторического масштаба декларация. В этом документе соединились два видения мироустройства — российское и китайское. Там и невозможность безопасности одного за счет другого, и приоритет суверенитета, о чем постоянно говорит президент Путин. Там и китайская философия глобального управления миром, продвигаемая председателем Си, когда выгоднее торговать и сотрудничать всем и на равных условиях.
Ко второму сценарию стремятся американцы и Запад в целом. Это мир через силу, достигаемый через управляемый хаос, глобальный доллар и крипту, а также через прокси-конфликты, наращивание и трансляцию военной силы с активным задействованием всепроникающего искусственного интеллекта.

Это глобальная развилка вокруг которой разворачивается большая игра за передел мира — игра на выбывание.

Это игра — не шахматы по Бжезинскому. В шахматах бывают ничьи.
Это игра Го. Ничьих в ней не будет.

Российский вариант желаемого итога этой новой Тридцатилетней войны зафиксирован в Пекинской декларации «О становлении многополярного мира и международных отношений нового типа», подписанной лидерами России и Китая.
Западный вариант — это сохранение его гегемонии через управляемый хаос и бесконечные прокси-конфликты от Венесуэлы и Кубы до Ирана, Украины и Тайваня.

Война с Западом

События на территории бУССР изначально были и остаются войной коллективного Запада против России, против Русского мира.
Для России это столкновение с Западом носит исторически обусловленный экзистенциальный характер, уходящий корнями в прошлое. Россия всегда была историческим препятствием западному проекту: со времен походов крестоносцев и славной победы над ними воинства святого князя Александра Невского до вторжения Европы во главе с Наполеоном в 1812 и нашествия гитлеровских европолчищ в страшном июне 1941 года. Мы, русские, экзистенциальная помеха Западу в реализации его захватнических планов. Выдающийся русский поэт и дипломат XIX века Федор Иванович Тютчев так формулировал главную причину ненависти к нашей стране: «Россия самим фактом своего существования отрицает будущее Запада».

Встреча Владимира Путина и Си Цзиньпиня на саммите в Пекине в мае 2026 года

И сегодня, несмотря на тлеющий «духом Анкориджа» переговорный трек России и США, базисной платформой Запада остается нанесение России стратегического поражения.
Напомним, что директор ЦРУ Джон Ли Рэтклифф в марте 2026 года четко заявил: «Вашингтон продолжит поддержку Украины и рассматривает Россию как одного из главных стратегических противников». В июне Конгресс США проголосовал за очередной пакет санкций против РФ и законопроект о помощи Украине. Про оголтелую русофобскую позицию евроруководства можно не напоминать.

Примерно с середины 2025 года прокси-конфликт Запада с Россией на территории бывшей УССР перешел в фазу прямого противостояния. Украина окончательно потеряла субъектность, превратившись в западного прокси и ресурсного донора биоматериала, добываемого из «боевых холопов».

Украинская крылатая ракета FP‑5 «Фламинго» с европейской «начинкой»

Тыл этой войны находится на Западе: там, в Европе и США, сосредоточено производство вооружений, финансирование, разведка и оперативное управление.
Под стандарты НАТО меняется системы вооружения и управления вооруженными силами Украины (ВСУ). В апреле 2026 года в ВСУ был создан Военный экспертный совет ARES, в который вошли высокопоставленные западные генералы, включая бывшего директора ЦРУ Дэвида Петреуса, британского генерала сэра Ричарда Ширреффа (председатель совета, в 2011–2014 годах — заместитель верховного главнокомандующего ОВС НАТО в Европе), немецкого адмирала Манфреда Нильсона и других. Это институциональное оформление превращения ВСУ в полностью подконтрольный и управляемый НАТО и ЕС инструмент войны. Напомним: в рамках европейского протокола Common Security and Defence Policy (CSDP) ЕС имеет право создавать свою армию и размещать ее контингенты на территории стран-участниц.

Численный состав этой будущей армии ЕС оценивается экспертами для начала в миллион голов, из которых Украина готова предоставить до 800 тысяч «боевых холопов».
Европа активно наращивает военное производство и проводит «переформатирование» профиля вооружений ВСУ под стандарты НАТО. Показательный пример: крылатая ракета FP‑5 «Фламинго», где украинский корпус сочетается с датским топливом, немецкой электроникой, чешскими компонентами двигателей и британской интеграцией.

Таким образом, цели нынешнего глобального противоборства далеко выходят за пределы традиционного понимания военного противостояния: речь идет о демонтаже сложившегося миропорядка.

Война технологий

Территория бывшей УССР, а также события 2025/2026 гг. вокруг Ирана стали полигонами войн нового поколения.
Операции США и Израиля против Ирана в 2025/2026 гг., подготовленные c использованием технологий Palantir, продемонстрировали глубокую интеграцию ИИ в планирование и управление боевыми действиями.
Если раньше на подготовку такой операции уходили месяцы штабной работы, то теперь — дни машинного времени. Операционное качество этой работы оказалось сомнительным, но для нашего анализа важен сам тренд.

Palantir, являющийся неформальным IT-филиалом ЦРУ, обеспечивал разведданными и сценарными планами операции вторжения США в Венесуэлу и Иран, в также атаки по нашим стратегическим объектам в июне 2025 года. Напомним: с Украиной и против России Palantir начал плотно работать еще 4 года назад.
Весной 2022 года его руководители договорились с укро-хунтой, что будут на бесплатной основе предоставлять Киеву разведывательную информацию и оборудование.
Тогда же Киев стал регулярно посещать бывший CEO Google мультимиллиардер Эрик Шмидт.
Кстати, Шмидт вместе с Тилем был спонсорами предвыборной кампании президента Трампа и вице-президента Вэнса, которого давно и плотно опекает Тиль. Шмидт — главный представитель ЦРУ в Кремниевой долине, а Тиль — в том его секторе, что называется PayPal-мафия.

Проект Шмидта по разработке и производству дронов для ВСУ — The White Stork («Белый аист») — начался в том же 2022 году. Шмидт тогда сказал примерно следующее: он будет испытывать и делать для Украины пятисотдолларовые дроны, которые будут уничтожать многомиллионные русские танки. На территории Украины как на полигоне они отрабатывают технологии ведения новой войны. Именно дроны Шмидта & Ko летят сейчас по траекториями и целям, определяемым Palantir и StarLink. ВСУ используют модули Starlink, ПО Prisma c АI (ИИ) от Palantir для планирования проведения операций. Это не просто технологическая поддержка, но прямое и определяющее военное участие США в конфликте. Изделия и разработки от спонсоров и соратников Трампа — Маска, Тиля, Шмидта и других — убивают наших парней на СВО и гражданских жителей в тылу РФ.

Технологии Palantir и Starlink были использованы ЦРУ, MI6 и украинским режимом против России при планировании и организации диверсионно-террористической операции «Паутина» в июне 2025 года, когда синхронно с террористическими актами подрыва поездов и мостов в Брянской и Курской областях (7 человек погибли, десятки пострадали) ударами дронов были осуществлены скоординированные атаки на стратегические ядерные силы РФ по самолетам стратегической авиации ВКС России, находившимся на аэродромах.

Манифест корпорации Palantir, опубликованный в апреле 2026 года, который подписали его руководители и хозяева Питер Тиль и Алекс Карп, фактически объявляет о переходе к новому типу сдерживания на основе ИИ и открыто в нацистском ключе говорит о превосходстве одних цивилизаций над другими.
Этот манифест фиксирует принципиальный переломный момент. Его суть заключается в том, что Питер Тиль, Эрик Шмидт, Алекс Карп и другие отменяют ядерное сдерживание, которое сохраняло мир 70 лет. Они вознамерились перей­ти к сдерживанию через искусственный интеллект. Это очень опасно, поскольку «ползучее и проникающее» сдерживание искусственного интеллекта (ИИ) от Palantir & Ko рассчитано на то, чтобы не только залезть в сети и компьютеры пунктов принятия решений, но и, более того, — проникнуть в мозги и жизнь людей, которые отвечают «за ядерные кнопки». Тиль и компания — опасные люди. Они действуют в парадигме, что мир неразумен, а потому они будут его контролировать (посредством ИИ), ибо только они вправе и в состоянии управлять миром.

Starlink применяется вооруженными силами Украины для связи между подразделениями и наведения оружия, дронов и артиллерии с целью уничтожения российских военных позиций

Таким образом, в новой «тридцатилетней» войне Запада все отчетливее проступают метафизические и квази-религиозные эсхатологические факторы. Отнюдь не случайно в Белом доме так возросло влияние радикальных сионистов, разного рода религиозных фанатиков и фашиствующих технократов типа Тиля, Карпа, Андриссена и других.
Возвращаясь к анализу событий вокруг СВО в контексте изменения онтологии войн, упомянем концепцию 3D-войны от RAND Corporation (нежелательная в РФ организация), разработанную на основе анализа опыта событий на территории бУССР.
Смысловая основа концепции в триаде Dispersed, Disguised, Degradable — рассредоточенная, скрытная и истощающая война.

• Dispersed: войска действуют малыми группами, потому что крупные скопления мгновенно уничтожаются. Рассредоточение, проникновение и просачивание — главное.
• Disguised: нужно скрывать не только технику и личный состав, но и саму структуру, замыслы и действия.
• Degradable: ставка на дешевые расходные системы — FPV-дроны, БЛА и т. п. средства ведения войны, которые дешевле, чем средства их перехвата.

Стратегическую инициативу, устойчивость и глубину в войне обеспечивает состояние тыла, мобильность — разведка, современные средства обнаружения и доставки, адаптивность — способность ВПК к ускоренной переборке и технологической перезагрузке. «Таким образом, подчеркивают аналитики RAND, — живучесть, устойчивость и адаптивность важнее ударной мощи и ресурсного обеспечения».
Показательный пример здесь — мозаичная проактивная оборона Ирана, основанная на децентрализации, автономии, разнообразии и распределенности во времени и пространстве средств поражения, в приоритете живучести военно-политической системы и сплоченности элит и народа.
Роль ИИ, робототехники и, в особенности, БЛА в новой 3D-войне невозможно переоценить.

Украина наносит массированные удары с помощью дронов и ракет по территории России

В ходе СВО беспилотные системы из вспомогательного средства превратились в один из приоритетных инструментов ведения боевых действий.
Именно в сфере использования БЛА наиболее ярко проявились новые принципы 3D-войны: относительная дешевизна, массовость, быстрота внедрения инноваций, низкий порог масштабирования и постоянная технологическая адаптация.

В БЛА — сегмент современной войны особенно заметно что тот, кто быстрее учится, меняет конструкции, программное обеспечение, методы применения и сборочные модели, получает тактическое преимущество на поле боя. Следует признать, что именно в БЛА-сегменте войны технологий наш противник демонстрирует высокую адаптивность. Значительная часть разработок по обеспечению ВСУ современными БЛА создается небольшими командами, способными оперативно модернизировать изделия под изменяющиеся условия боевых действий. Определяющую роль сыграли широкая международная кооперация (см. выше White Stork и Palantir), доступ к глобальным технологическим цепочкам, активное привлечение частного бизнеса и быстрое внедрение гражданских технологий двойного назначения. Значимым фактором стало сокращение дистанции между разработчиком и конечным пользователем. В результате цикл «идея — разработка — испытание — серийное производство» существенно сокращался.

В подобном противоборстве, в этой гонке за временем и эффективностью принятия решений, в этой войне технологий побеждает не самый мощный и ресурсно обеспеченный, а наиболее адаптивный, мобильный и устойчивый.
Для победы необходимы меры системного характера. Вот лишь некоторые из них — как это видится «с земли»:

Во-первых, требуется ускоренное развитие собственной электронной, программной и компонентной базы, снижение зависимости от внешних поставщиков и создание устойчивых производственных цепочек.

Во-вторых, необходимо расширять государственную поддержку исследований и разработок, стимулировать конкуренцию между производителями и создавать условия для быстрого внедрения перспективных решений.

В-третьих, особое внимание должно уделяться подготовке инженерных и высококвалифицированных рабочих кадров, развитию профильного образования и удержанию высококвалифицированных специалистов внутри страны, а также активному и ресурсно подкрепленному хантингу иностранных разработок и специалистов.

В-четвертых, требуется углубление взаимодействия между государством, промышленностью, научными центрами и технологическими компаниями, интенсификация развития по горизонтали и вертикали коммуникационной R&D-системы мониторинга, выявления и внедрения инноваций для ускоренного трансфера технологий и масштабирования успешных разработок, включая «реинжениринг».

В-пятых, критически важным становится формирование благоприятной инновационной среды, в которой скорость принятия решений, снижение бюрократических барьеров и поддержка предпринимательской инициативы становятся не менее важными ресурсами, чем объем и своевременность финансовых вложений. В противном случае представители банковской сферы продолжат привычно «в сухой логике рынка» отдавать предпочтения «финансовым спекуляциям», игнорируя запрос государства, обороны и ВПК на огромные влияния в сферу обеспечения национальной безопасности РФ.

Таким образом победу в технологической гонке обеспечивает способность государства и его ВПК адаптироваться под изменяющуюся обстановку и воспроизводить инновации быстрее конкурентов и противников.

Война — кратчайший путь к миру

В сложившейся ситуации необходимо четко осознавать кто наш враг и каковы масштабы угрозы.
Надо понимать, что в этом глобальном противостоянии экзистенциальным врагом России выступает Запад.
В подобном столкновении цивилизационного масштаба победит не самый ресурсно и технически мощный, а наиболее адаптивный, устойчивый и сильный духом.
России для победы требуется опора не только на технологическую и экономическую мощь. Прежде всего необходимо опираться на волю к Победе, собственные исторические, культурные и духовные основания.

Патриарх Кирилл 7 апреля 2026 года в день Благовещения подчеркнул: «Пока сохраняется вера в Покров Пречистой Богоматери над страной, Россия останется непобедимой. Отступление от веры оставляет лишь мирские силы, которые подвержены коррозии и ослаблению. Мирское изменчиво…».
«Мирское изменчиво» — этот вывод очевиден для тех, кто хочет видеть. России сегодня требуются люди служения — люди духа и глубокой веры в страну, люди, неразрывно связанные судьбой с Россией. А значит, стране нужен новый герой. Новый русский герой — это одновременно воин, инженер, созидатель и гражданин, умеет работать с искусственным интеллектом, а (если надо)  и с беспилотниками. Такой человек может быть участником СВО, инженером оборонного предприятия, врачом, добровольцем, учителем, конструктором беспилотных систем, предпринимателем или ученым.

Его определяет не профессия. Его определяет служение.
Именно такие люди должны стать главным моральным ориентиром России в XXI веке. Герой нашего времени — созидатель, защитник, хранитель, обеспечивающий развитие и покой в тылу и победу на фронте, противостоящий попыткам дестабилизации изнутри и извне. В опоре на таких людей и такую идеологию необходимо обеспечить сплоченность общества, провести перенастройку государства и пересборку общества под грядущий после нашей победы в войне мир.

В военно-политическом аспекте средством достижения этой цели должна стать стратегия управляемой эскалации.
Ключевые принципы стратегии управляемой эскалации: пошаговое повышение ставок по «шкале эскалации» — от дипломатического давления, экономических рестрикций и кибератак к высокоточным и системным вооруженным ударам по инфраструктуре и узлам управления противника.

Здание колледжа в Старобельске после удара ВСУ

Каждый следующий шаг вверх по лестнице эскалации демонстрирует готовность к дальнейшему обострению и повышению мощи ударов, но оставляет пространство для дипломатии.

Каждый шаг по лестнице эскалации вверх несет четкий сигнал: рамки прежнего сдерживания исчерпаны, следующий удар будет ощутимее, а ущерб — масштабнее.
Таким образом, в военно-политическом плане управляемая эскалация означает последовательное повышение издержек для укронацистов и их западных покровителей.

Важно подчеркнуть, что, поднимаясь по этой лестнице, не стоит торопится и перескакивать через ступеньки. Тут важна воля к достижению цели, неуклонность движения вверх, а не высота подъема как таковая.
Таковых ступеней эскалации на пространстве бывшей УССР — всего около тридцати, включая критические объекты инфраструктуры, а именно логистику (порты, терминалы, мосты, ж\д узлы, тоннели), энергетику и металлургию.
В случае вывода из строя этих объектов, скорее всего, уже не понадобятся пресловутые удары «по центрам принятия решений», ибо возможностей реализовать эти решения не будет.

В случае же, если для Запада и его вассалов украинских ступеней лестницы эскалации окажется недостаточно, можно шагнуть по этой лестнице и выше — в сторону военных объектов, задействованных против РФ, в странах-лимитрофах Запада, где расположены учебные центры и базы НАТО, откуда БЛА летят в Россию, убивая мирных русских людей. Использование воздушного пространства стран Прибалтики для ударов по российской территории представляет собой 100 % casus bellе, что дает РФ все основания и возможности для ответных ударов и шагов вверх по лестнице эскалации. В выборе ступеней и темпов подъема по этой лестнице надо полностью полагаться на политическую мудрость и стратегическое видение ситуации нашим Верховным главнокомандующий, на профессионализм руководства Минобороны и Генерального штаба ВС РФ.

Таким образом, суть стратегии управляемой эскалации заключается в преднамеренном, дозированном и постепенном повышении интенсивности и расширении географии конфликта.

Войска РФ на Украине

Цель — заставить противника осознать неприемлемость, невыгодность дальнейшего сопротивления и вынудить его к уступкам, не доводя дело до тотальной войны, в которой победителя не будет.

Каждая следующая ступень лестницы эскалации будет ухудшать ситуацию как для Запада, так и для их украинских холопов.
Майское заявление МИД РФ по поводу целенаправленного удара ВСУ по учебному заведению в Старобельске, где погибли дети, стало первым шагом вверх по лестнице эскалации. Чаша терпения переполнилась.
Духовный смысл этой стратегии лежит в нравственной причинно-следственной связи. Справедливость действует как объективный закон. Возмездие за преступления, где целью становятся дети, неизбежно. Пестуемый Западом уродливый, аморальный режим, заправляющий на территории бывшей УССР, не должен иметь будущего.
Стратегия эскалации — кратчайший путь к миру после нашей Победы.

Война цивилизаций

События на территории бывшей УССР и в Иране фиксируют начало затяжной глобальной войны — новой «тридцатилетней войны».
Главные наши соперники и враги в этой войне — США и Европа.
Главные наши партнеры и союзники на сегодняшнем этапе — Китай, Иран, Северная Корея и Белоруссия
Главная наша цель — остановить Запад, сломить его волю и добиться победы.
Главный наш вывод — мир вступил в эпоху войны цивилизаций, для России это экзистенциальное противостояние, ведущееся, в том числе, в ментальной сфере.
Выстоять и победить можно лишь при полном осознании угрозы, внутренней сплоченности и готовности вести войну всерьез — до полной победы.
Тот, кто ведет войну лишь наполовину, роет себе могилу.
Нынешняя европейская бюрократия и Запад в целом сделали ставку на войну.
Ну что ж… Будем бить и побеждать их.
Мы должны сломить и сломим агрессивную волю Запада к решению вопросов с Россией силовым и военным путем. Сломим сегодня и на десятилетия вперед. Ради наших детей и внуков.
Воля к Победе, активные действия «на ленте» и стратегия управляемой эскалации — это кратчайшим путь к победе и долговременному миру.
Декларация, которая была подписана в Путиным и Си в мае в Пекине, имеет историческое значение. Она провозгласила проект нового мира, который будет противостоять хаосу, порождаемому Западом.
И Украины как анти-России в этом мире не будет. Ее и сейчас уже практически нет.  

Авторы
Андрей Ильницкий, старший научный сотрудник Военного университета Министерства обороны РФ, действительный государственный советник 3‑го класса, член Президиума Совета по внешней и оборонной политике
Юрий Поздняков, руководитель подразделения летных испытаний и эксплуатации беспилотных авиационных систем