Материал опубликован в журнале «Арсенал Отечества» № 5 за 2013 г.

В.Н.ТкачДоля инновационной продукции в общем производстве российской промышленности сегодня составляет менее 10%. При этом, согласно статистическим данным, частные предприятия уступают государственным по инновационным усилиям. Между тем, для обеспечения обороны и безопасности государства требуется в первую очередь инновационная, высокотехнологичная продукция.

Как показывает практика, и среди частных компаний встречаются предприятия, львиная доля продукции которых представлена выскотехнологичными изделиями со значительной инновационной составляющей. Одной из таких компаний является STT GROUP, которая занимается разработкой и серийным производством специальной техники: нелинейных локаторов различного назначения, комплексов радиомониторинга, аппаратуры виброакустического контроля и защиты, приборов поиска минно-взрывных устройств и портативных рентгеновских установок.

Предлагаем вниманию читателей беседу Главного редактора журнала Виктора Ивановича Мураховского с Председателем Совета директоров STT GROUP Владимиром Николаевичем Ткачом.

Владимир Николаевич, история Вашей компании началась в непростые 1990-е годы. Как удалось организовать высокотехнологичное производство в тех сложных условиях?

Откровенно говоря, когда мы решили организовать производство, у нас было самое общее представление о возможных заказчиках продукции. В целом мы понимали, что это силовые структуры, спецслужбы и нарождавшиеся в то время корпоративные органы безопасности. Однако у нас были опыт и технические знания, которые мы решили реализовать в интересах страны и бизнеса.

До тех пор, пока мы решали технические задачи, все было в наших руках и особых проблем не возникало. Вопросы появились, когда пришло время создавать опытные образцы изделий. На какие деньги их выпускать?

Собственные средства покрывали лишь часть затрат. Пришлось обратиться к коллеге по службе, который уволился раньше и успешно занимался бизнесом. И он под «обеспечение» в виде тактико-технического задания и макетов образцов продукции инвестировал необходимые средства. То есть тогда бизнес можно было организовать, опираясь на товарищеские, человеческие отношения.

А дальше начались мучительные поиски заказчиков. В то время нам помогла компания «НОВО», возглавляемая Филипповским Владимиром Владимировичем, который запомнился еще по службе как человек интеллигентный и в высшей степени порядочный. Постепенно нашу продукцию стали признавать и узнавать, появились заказы от различных структур, занимавшихся обеспечением безопасности.

А как Вы организовали обратную связь с заказчиками? Пришлось ли дорабатывать устройства по их требованиям?

Через несколько лет после начала деятельности компании наладился тесный контакт с госзаказчиком. Именно госзаказчик выдвинул новые требования, поставил новые задачи. С тех пор мы активно выполняем работы в соответствии с техническими заданиями, поставленными заказчиком. Это вывело компанию на качественно иной, более высокий и одновременно более сложный уровень развития.

Удалось ли наладить двусторонний процесс взаимодействия с заказчиком? Ведь инновационные предложения могут и должны именно с Вашей стороны поступать.

Да, Вы правы. Опыт службы в технических службах обеспечения безопасности показал, что заказчику надо предлагать новые решения, надо совместно искать способы преодоления проблем. При этом техническую часть решения мы берем на себя, но одновременно с большим вниманием и пониманием относимся к оперативно-тактическим требованиям, которые формулирует заказчик. При этом «технари» должны быть инициативными, видеть проблемы заказчика и находить инновационные решения, предлагать их заказчику. А дальше в совместной работе можно найти оптимальные подходы: что-то убрать, что-то добавить.

Вижу, что Вы тоже сторонник «симбиоза» госзаказчика и промышленности в сфере безопасности, не поддерживаете известную идею прежнего военного руководства об исключительно «рыночном» механизме: промышленность предлагает, госзаказчик покупает.

Симбиоз госзаказчика и промышленности в сфере обороны и безопасности обусловлен объективными обстоятельствами. Логическим продолжением этого тезиса является необходимость соответствующего подбора кадров в компаниях, работающих в интересах обороны и безопасности. В частности, в нашей компании работают офицеры запаса и в отставке, получившие большой боевой и служебный опыт в период действительной службы во Внутренних войсках МВД, различных родах войск Министерства обороны, спецподразделениях ФСБ. Это позволяет резко сократить дистанцию «непонимания» между заказчиком и исполнителем, минимизировать риск появления технических решений, не представляющих интереса для заказчика.

Такой подход позволил Вашей компании предложить заказчикам ряд сравнительно дешевых, но в то время эффективных технических решений.

Нас жизнь заставляла найти таковые технические решения. На последних разработках это особенно выпукло проявилось. Наши решения достаточно лаконичные и не слишком ресурсоемкие. В то же время они позволяют заказчику успешно решать его задачи.

Надо отметить, что проблемой стоимость-эффективность сейчас озаботились и американцы, особенно в условиях сокращениях их военного бюджета. В частности, агентство перспективных оборонных исследований DARPA финансирует ряд работ, направленных на применение сравнительно дешевых технических устройств в интересах обороны. Можно сказать, что в Вашей компании такой подход внедрен с опережением?

У нас такой подход был изначально. С другой стороны, контакты с американскими партнерами за последние несколько лет позволили сформировать такое наблюдение. Наши предложения по обнаружению самодельных взрывных устройств (СВУ) методами нелинейной локации не нашли позитивного отклика в руководстве американского военного ведомства. В частности, на запрос сената США организация Joint Improvised Explosive Device Defeat Organization (JIEDDO), призванная координировать работу по борьбе с угрозой СВУ для американских войск и их союзников, ответила, что эти принципы давно известны и не представляют для них интереса.

Мы, наблюдая за деятельностью JIEDDO, пришли к выводу, что за время её работы с 2006 года потрачено около 20 млрд долларов, но эффективного результата так и не получено. У них до сих пор нет полевого носимого средства для обнаружения СВУ. Видимо, у американского руководства возможность расходовать ресурсы в пользу американских компаний пересилило желание получить готовый эффективный прибор российской разработки.

Как зарекомендовал себя ваш прибор для обнаружения СВУ на практике, в том числе в боевой обстановке?

Наши устройства применяются в войсках, в том числе в боевой обстановке, с 2001 года. Мы получили благодарственное письмо от командования Внутренних войск МВД, которое подтверждает, что прибор эффективен. За этим официальным документом стоит обширная практика применения наших устройств. Мы также получали выписки из боевых донесений с места событий, где прибор использовался в ходе контртеррористических операций. Военнослужащие докладывали обстоятельства обнаружения СВУ с использованием наших приборов, и таких донесений было очень много.

Запомнилось первое такое сообщение: сапёр, оснащенный нашим нелинейным локатором, проверяя маршрут движения колонны, обнаружил одно СВУ в виде двух 152-мм снарядов, спрятанных за бетонным забором на расстоянии около 5 метров, а затем аналогичное СВУ за кирпичным забором на дистанции 8 метров. Как сказали специалисты, подрыв такого СВУ, с учетом поражения осколками снарядов, кусками бетона и кирпича, снес бы с брони всю пехоту, да и самим БТР не поздоровилось бы.

Позднее довелось участвовать в открытие памятника сапёрам, погибшим в контртеррористической операции. Размещенные на нем списки павших воинов резко сокращаются после 2001 года. Я далёк от мысли, что наши приборы внесли в это решающий вклад, но надеюсь, что они в числе прочих мер поспособствовали сохранению жизней военнослужащих.

В связи с тем, что Вы рассказали о боевом применении приборов нелинейной локации, возникает вопрос о противоборстве более изощрённым типам СВУ. Ведь противник, имею в виду террористов и бандформирования, совершенствует свою тактику и конструкции СВУ. В частности, они научились делать СВУ, работающие по принципу ударного ядра, позволяющего поражать технику со значительных дистанций. В какой мере приборы Вашей компании способны помочь в борьбе с новыми типами СВУ?

Первые сведения о применении бандформированиями СВУ на принципе ударного ядра, как называют их американцы — Explosively formed penetrator (EFP), нам сообщили как раз американские коллеги. Они запрашивали нас о возможности обнаружения таких устройств. Мы изучили вопрос, консультируясь со специалистами, и пришли к выводу, что диапазон возможных дистанций установки СВУ на принципе ударного ядра составляет от 4-5 до 15 метров. За пределами этого диапазона такие СВУ неэффективны.

Отсюда возникла задача увеличить дальность обнаружения существующего прибора с 7-9 до 14-15 метров. Чтобы решить задачу максимально быстро, мы сначала реализовали «лобовое» решение: нарастили коэффициент усиления антенны, сделали её побольше.

Сейчас мы эту проблему преодолели более разумными методами. Новая версия аппарата «Коршун» обеспечивает обнаружение различных СВУ, в том числе на принципе ударного ядра, с 25-30 метров. То есть поставленную задачу мы решили с большим запасом.

Возможна ли установка Ваших нелинейных локаторов на транспортной базе? Видите ли Вы перспективу в этом направлении?

Конечно, это очень перспективное направления. Еще несколько лет назад мы сами экспериментировали с установкой нелинейного локатора на наземную роботизированную платформу. Однако наши ограниченные ресурсы тогда не позволяли заняться этими направлениями вплотную. Но два года назад мы начали по госзаказу опытно-конструкторскую работу и создали опытный образец комплекта нелинейных локаторов на роботизированной платформе. Такая система позволяет проводить поиск, разведку и анализ СВУ различного типа в потенциально опасных районах.

Мы также приступили к разработке прототипа нелинейного локатора, размещаемого на транспортной базе. В качестве базы в первую очередь рассматривается БТР ВВ (СПМ-3 «Медведь»), который проходит госиспытания. Мы вскоре должны получить доступ к конструкции, чтобы сформировать комплект нелинейного локатора под конкретный образец.

Каковы перспективы совместной работы компании с Министерством обороны, прежде всего с инженерными войсками? Не секрет, что средства инженерного вооружения зачастую морально устарели, а многие выработали ресурс или истекли сроки их хранения.

Исторически так сложилось, что мы более плотно работали с Внутренними войсками, которые несли основное бремя контртеррористических операций. Но не так давно мы начали работу и с Министерством обороны. В прошлом году мы изыскали ресурсы, чтобы решить три задачи в интересах Минобороны. Первая: модернизировать «Коршун» в соответствии с техзаданием, утвержденным начальником инженерных войск МО. Вторая задача: выполнить ОКР по заказу инженерных войск по разработке опытного образца переносного индукционного миноискателя. Третья задача: инициативная разработка, по согласованному ТЗ, обнаружителя кабельных (проводных) линий подрыва взрывных устройств — ПИПЛ (портативный искатель проводных линий).

Мы выполнили эти три работы в крайне сжатые сроки и в этом году уже должны поставить первые партии в рамках гособоронзаказа.

Нам есть что предложить Минобороны и на перспективу. Следующая задумка сочетает в себе георадар и миноискатель, то есть представляет собой двухканальный универсальный обнаружитель, существенно повышающий эффективность инженерной разведки. Это решение уже проверено экспериментально и подтверждает заявленные возможности.

Однако в отношениях с Минобороны есть и свои затруднения. Например, первоначально заказчик планировал закупить только в 2013-14 годах по несколько сотен нелинейных локаторов и миноискателей, при общей потребности Минобороны в этих изделиях в несколько тысяч единиц. Понятно, что под такой заказ мы привлекли значительные ресурсы, сформировали необходимую кооперацию. Однако волевым решением прежнего руководства заказчика затребованное ранее количество изделий было сокращено более чем на порядок и превратилось всего в несколько десятков единиц.

Мы надеемся на то, что новое руководство Минобороны обратит внимание на проблему обновления средств инженерного вооружения, особенно на составляющую инженерной разведки, с учетом характера современных конфликтов, где минно-взрывные устройства применяются очень широко.

Сейчас мины и СВУ становятся угрозой № 1, в том числе и для армейских подразделений. Не в силах противодействовать армии в открытом бою, противник переходит к тактике партизанских действий, зачастую принимающих бандитские и террористические формы. Какие инновационные технические решения Вы видите для противодействия такой угрозе? Есть ли что-то похожее за рубежом?

К сожалению, СВУ различного типа считаются террористами и бандитами самым «удобным» средством борьбы по соотношения стоимость—эффективность. Поэтому весьма актуальной стала задача насыщения войск средствами инженерной разведки. Причем не только специальных инженерных машин, но и линейных танков, БМП и БТР. В отсутствие явно видимых формирований противника и линии фронта нередки ситуации, когда под воздействием СВУ оказываются и машины на обычной небронированной транспортной базе.

В этих условиях наиболее эффективными видятся комплексные решения, способные противодействовать угрозе одновременно по нескольким направлениям. Например, в одном устройстве возможно совмещение каналов инженерной разведки (геолокация, миносикатель) и канала подавления радиоуправления взрывными устройствами. Такими интегрированными устройствами можно комплектовать как специальные инженерные машины, так и средства разминирования, временно монтируемые на бронетехнику или транспортные машины.

Зарубежная продукция, если говорить об отдельных направлениях, где-то на равных с нами по характеристикам, а где-то мы её превосходим. В целом наша продукция весьма конкурентоспособна и по ценам, и по характеристикам, и по условиям технического сопровождения. В отличие от зарубежных поставщиков мы готовы обеспечить полную поддержку жизненного цикла изделий и обучение персонала заказчика. Также мы видим резерв в снижении производственных издержек при условии достаточного объема госзаказа. В таком случае цена за единицу изделия для заказчика также будет снижаться.

Владимир Николаевич, спасибо за беседу! Надеюсь, что Ваш ответственный подход к разработке изделий, применяемые в них инновационные решения, будут и дальше приносить пользу интересам обороны и безопасности страны, способствовать успеху Вашего предприятия.

Мы на Facebook

 

Партнёры

Журнал онлайн

Реклама

Дизайн и разработка

Студия дизайна «Леовинг»

Контакты

Адрес редакции:
107023, г. Москва, ул. Большая Семёновская, д.32, офис 200

Телефон:
+7 (495) 240 81 49

E-mail:
info@arsenal-otechestva.ru